Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

это в Петербурге

Еще кое-что

Новые тексты можно почитать по ссылке: http://lito1.ru/avtor/snechay, или http://www.neizvestniy-geniy.ru/cat/literature/fant/714968.html?author
А вот здесь сайт моей творческой студии для детей "Лепная сказка": http://dtvorch.jimdo.com/, там фото лепных игрушек, тексты детских сказок, всякие мои статьи ну и, конечно, стихи и проза.
onlinelogomaker-062513-2239

День рождения Ивана Давыдова

Я довольно скептически отношусь к современной поэзии. Но есть один поэт, которого не только ценю, но терпеливо разыскиваю его стихи в лабиринтах сети. Это Иван Давыдов. ЖЖ напомнил мне о нем, сообщив, что иван сегодня именинник. 

Не знаю, откуда он родом, где и чем живет. Но он - Поэт, это точно. Вот отыскала еще один стих.

— Господь, — говорит архангел, — дракон
Запалил посад и грозит кремлю,
Тебя хочет выставить дураком.
Дозволь, я ему вломлю.
Знаю, в речах моих вонь казармы,
Я простец, но от сердца моя обида:
Чего же ради терпим позор мы,
Ежели в шаге одном победа?
Отвечает Господь: — По нраву мне твой азарт,
Меч твой остер, архангел, и плащ твой ал.
Только нету нас. Четыреста лет назад
Богомаз нас поверх штукатурки намалевал.
Это все нарисовано: ржи золотая ржа,
То есть поля и в полях жнецы,
Моря дрожь, корабли из-за дальнего рубежа
Сахаром белым — дворцы и дворцов жильцы,
Леса и птицы в лесах, и львы, подобные псам, —
Богомаз ведь не видел львов, зато видел псов, —
Демоны, докучать рискнувшие небесам
(Глаза как у сов,
Ни бород ни усов,
Волосы дыбом,
А дышат дымом),
Воины в крепких латах,
Частокол их колючих копий,
Ангелов рой крылатых, —
Каждый каждому копией,
Я, и ты, и дракон со всем его злом, —
Одна нам судьба дана:
Выцветать, осыпаться в осень без дна,
Пока не кончатся времена,
Или храм не пустят на слом.

Collapse )

Детская любовь

Ты ее вконтакте,
Как в кустах, поджидал,
Чтоб сорвать с нее платье.
И дрожал твой кинжал.

Но она так редко
Гуляет в этих кустах,
И сияет так едко
Другая жизнь в ее постах,

В которых тебе нет места,
Хоть ты лбом треснись
О клавиатуру планшета,
Где затих ее шепот.

Когда на твою страницу
Она заходит, как тонкая лань,
Ты готов на нее молиться,
Но не сказать: «Привет, как дела?

Давай выберемся наружу!
Давай купим мороженого!
Посмотри, как светит луна!
Я так хочу тебя обнять!»
это в Петербурге

Стихи Ивана Давыдова

Прекрасный поэт Иван Давыдов. Еще одно его стихотворение. Лирическое.



Чужие сказки

1. Полнолуние

Прежде губы ласкают имя, и только после
Только после губы ласкают тело.
Но не вспомнить, милая, как я звал тебя возле
Городов, населенных птицами, там, где стыло
Белоглазое солнце, и где нас потом не стало.



Про это еще рассказывают историю: было время, мы жили в небе, топали облака, и охотились на птиц, потому что на кого там еще охотиться, но один – молодой, промахнулся, его стрела пробила в небе дыру приличных размеров, и он посмотрел вниз – а там. Там земля, и что-то зеленое, более твердое, чем облака, по которым ходить, говоря вообще, не особенно-то и удобно, а главное – свиньи, свиньи, которые больше, и явно вкуснее птиц. Спустился, проверил, да, зеленое, твердое, вкуснее, позвал остальных, пошли, сначала, конечно, сплели веревку, чтоб до земли достала, потом пошли, и только самая толстая женщина умудрилась застрять в дыре, хотели спасать, но, подумав, решили – пусть остается. Про это мало кто помнит теперь, но вход на небо она заткнула плотно, вернуться не получится, даже если захочешь, некоторые пытались. Иногда ее круглый обширный зад удается разглядеть целиком, и тогда мечтатели не без вздоха произносят: О, полнолуние!

Я забыл твое имя где-то в облачной слякоти.
Ноют сны – вернись, и крылья тоска расправила.
Если я вернусь туда, сны мои, вы ослепнете,
Но на ваше счастье в игре существует правило.
Можно все, и только одно существует правило.

В этом, сны мои, закопана ваша выгода:
Мне нельзя вернуться, поскольку вернуться некуда.


2. Океан

Прошу тебя, Господи, дольше меня води
Вдоль этого берега, где водоросли гниют.
Я не могу понять, для чего тебе столько воды,
Для кого ты создал бездонный этот уют,
Кого укрывает синее полотно,
Кто там на дне, и какую готовит весть
(Я ведь даже не знаю, есть ли там дно, но
Утопленники говорили – есть).

Я как мальчишка, я убежал из школы
К чаше без дна, которой нельзя пролиться,
Век бы смотрел на рыжие эти скалы,
Книги забыв, будто буквы читал их лица.

И пока ты не скажешь: – Вон!
Я хотел бы, Господь, застыть.
Стать как они, перенять их стать.
Спать.
Во сне считая выдохи волн.

3. Я. Тебя (Он говорит ей)

Ночь - нечистое насекомое
(Славно, что в строку не лезет "словно"),
То есть самое время сказать тебе самое невесомое,
Самое мое слово.

Я. Тебя. Подчиняюсь року,
То есть - снова в волосы руку,
В ту же реку и в ту же драку,
Чтобы тесно в горле сделалось крику.

Нужно нежно, но можно грубо,
Я. Тебя. Не совру - "до гроба".
Что ж вы, ангелы, не дуете в трубы?
Самое ведь важное, чтобы
Господь увидел сквозь эти крыши,
Как - дозревая, зверея, смея, -
Ты становишься мира краше,
А я превращаюсь в змея.

Я умею дышать огнем.
Где был город, теперь стал пепел.
Море бьется в стены, а в нем -
Я. Тебя. То есть море. Выпил.

Я жалеть не умею, когда я змей,
Я умею - зной,
Я умею - май,
Я. Тебя. Умею. Но знай -

Когда все эти тайны делаются никчемными
И сон на месте имени ставит прочерк,
Я умею светлыми искрами в небо черное,
Чтобы сделаться сказкой для этих. Которых. Прочих.

4. Скала (Она говорит ему)

Мой, тяжелый, большой, скала.
Не твоим ли телом планета эта согрета?
Век бы рядом с тобой спала,
Только ночь догорает, как сигарета.

И шепну ли – всегда одинаково одинокому:
Не молчи, говори, звени… Извини,
Раз рассвет, и разгладить некому
Неба смятые простыни.
это в Петербурге

Сказка про Колобка

У нас в студии дети сочиняют сказки. Например, такие:

Жил-был Колобок. Его приготовили в России. Решил он как-то прогуляться.
Покатился Колобок по дороге. Перекатился через русскую границу.
Вдруг навстречу ему Заяц.
- Стой, Колобок, я тебя съем!
- Не ешь меня, а то пожалеешь. Послушай лучше песню.
Спел Колобок всем известную песню и покатился через Польшу дальше.
Докатился Колобок до Германии. Вдруг из леса выбегает волк Фенрир:
- Стой, Колобок, я тебя съем!
- Не ешь меня, немецкий волк, а то пожалеешь.
Спел Колобок всем известную песню и покатился дальше.
Докатился до Франции.
Вдруг навстречу ему медведь.
- Стой, Колобок, я тебя съем! – заревел медведь по-французски.
- Прочь с дороги, медведь, а не то пожалеешь!
Покатился Колобок дальше. Докатился до Океана. Прыгнул в воду и поплыл.
Акулы его не трогают, крокодилы его не трогают, потому что песенку его все наизусть знают.
Докатился Колобок до Америки. Вышла ему навстречу хитрая лиса.
- Люблю я твои песни, Колобок! – сказала.
- Сядь ко мне поближе, спой погромче, а я послушаю!
Сел Колобок лисе на нос. Тут сработал детонатор. Взорвалась лиса, а вместе с ней и половина Америки. Колобок-то был термоядерный.
это в Петербурге

Психологический брак

Мы пересказываем сказки детям, не понимая их смысла, отщепляя от героического сюжета все остальные, не поддающиеся анализу мотивы. Потому что неадаптированные русские сказки - это жесть. Хардкор.
Операция упрощения, редукции смысла нам привычна. Точно так же мы поступаем в реальной жизни, выводя из-под анализа свои и чужие поступки так, чтобы сохранялась видимость логики.
К примеру, дитя приходит в сад. Прощаясь с ним в раздевалке, мама пытается его поцеловать, потискаять - он с раздражением уклонятеся от объятий. Она выпрашивает обещание: Помаши мне хотя бы в окошко!". - "Иди уже на работу", - мрачно цедит он.
Она любит сына. Более того, она живет в сказке, где сын - ее нежный возлюбленный, прекрасный принц, совсем не такой, как  реальный муж, грубый и вспыльчивый. Изнутри этой сказки кажется логичным все, что между матерью и сыном происходит. Это сюжет любовной драмы.
Любовь - это то, чего катастрофически недостает современной женщине. Женщина, с ее восприимчивостью и тонкостью чувств, создана для любви. Но наша жизнь, с ее бешеным ритмом, эгоизмом и равнодушием не оставляет места для этого чувства. Искать любовь на стороне? Слишком хлопотно и чревато. Зато ребенок всегда рядом и любим по определению. Так возникает феномен психологического брака, современная сказка, в которую  с головой погружается женщина. Она воспринимает сына не как ребенка пяти-шести лет, но как мужчину, и вовлекает его в игры ревности. обид, примирений, разлук и встреч, - во весь этот горячесный бред, которого не должно быть в жизни ребенка. Потому что он мал, он нуждается в матери, - любящей, а не влюбленной, мудро оберегающей, а не ревнующей, он нуждается в силе, на которую мог бы опереться. Вместо этого она демонстрирует женскую слабость, уступчивость там, где нужно твердое "нет". И ребенок теряет реальное восприятие себя. Он тоже входит в роль, ведет себя с матерью "как папа", то есть грубо, презрительно.
Как может психолог вывести обоих из этого патологического состояния? Как можно заставить человека вернуться в реальный мир, если там, в стране грез, ему лучше?
Но, положим, к психотерапевту обращаются тогда,  когда сильно прижало. А что делать обычному педагогу, на глазах которого разворачиваются подобные драмы?..
Ребенок не уважает слабость. Ни под каким соусом. Он презирает ее. И чем взрослее становится - тем больше мстит за свои несбывшиеся надежды иметь рядом мать, а не любовницу.